среда, 31 августа 2016 г.

Два года войны...





                  За два года Москва проиграла две войны


                                   (Продолжение. Начало в предыдущем блоге)      

Но нельзя же при всей слабости, безволии и беспринципности американской администрации держать их за последних лохов. Даже если госсекретарь Керри в ходе своих многочисленных визитов в Москву делает все возможное, чтобы оставить именно такое впечатление.
Во-первых, НАТО не нуждается ни в каких унизительных гарантиях безопасности Прибалтики, выписанных путинской Дзюдохерией. Во-вторых, кто бы Украину не сдал, она никогда не сдаст себя, украинский народ будет сражаться с наследниками Орды, его так или иначе будет поддерживать весь мир и пуховские "клешни" очень быстро обернутся удавкой на шее путинского режима и его вождей.
Так что, Пухов приехал в Вашингтон как мошенник, торгующий воздухом. И был там до неприличия назойлив, что лишний раз подтверждает, в каком отчаянном положении находятся лица, пославшие его.
Он даже слил с потрохами наших китайских братушек (те запомнят и никогда не простят северным варварам), обещая что в случае компромисса за счет Украины РФ могла бы встать на сторону США в стратегическом треугольнике Вашингтон-Москва-Пекин.
Но во всей этой пуховской истории потрясает прежде всего даже не глупость и бесперспективность затеянной Кремлем торговли, сколько чудовищность необратимой трансформации за последние 2-3 года коллективного сознания российского "истеблишмента". Процитированный выше текст, который еще несколько лет назад воспринимался бы как патологический бред, сегодня проходит в российской политической тусовке по линии банального мейнстрима.
Пухов вовсе не производит впечатление демонического злодея. Средний российский чиновник-буржуа он старается выглядеть в американской аудитории раскованно добродушным, шутит по поводу своей тещи, упоминает детишек и внучат.
Но занимается он в Вашингтоне как раз тем, за что лет 70 назад была повешена дюжина главарей германского рейха, включая министра иностранных дел – подготовка агрессивной войны и создание для этой агрессии благоприятного международного контекста.
Вряд ли наш маленький Пу удостоится чести оказаться на одной скамеечке на главном процессе с большим Пу. Но на свои два пожизненных срока он уже заработал.

 Проверяя ссылки, я натолкнулся на еще одну его замечательную публикацию "Полигон будущего: российская военная кампания в Сирии".
С восторгом счастливого половозрелого идиота Верный Руслан упивается замечательными возможностями новой увлекательной игрушки-стрелялки:
"Российская воздушная операция в Сирии остается наиболее ярким военно-политическим событием современности.
Для ВКС России действия в Сирии стали беспрецедентно важной операцией, позволившей впервые получить опыт обширной наступательной кампании во взаимодействии различных видов авиации, при координации с сухопутными войсками и с иностранными партнерами (Сирия, Иран, Ирак).
Сирия стала отличным полигоном для масштабной отработки новой тактики и нового вооружения ВКС. Впервые задействованы самые современные самолеты Су-30СМ и Су-34 (а теперь и Су-35С), используются крылатые ракеты.
Сирийская кампания – самое крупномасштабное задействование отечественных военно-воздушных сил со времен войны в Афганистане (!), а по сложности и интенсивности боевого применения, удаленности района действия вообще не имеет аналогов для российской и советской авиации, что воочию демонстрирует современный облик Воздушно-космических сил России."
Конечно, для создания этого замечательного облика приходится для убедительности в качестве сопутствующего эффекта убивать людей, бомбить племена каких-то никому неведомых туркоманов, как выразился старший Пу, безнаказанно уничтожать с воздуха осажденный Асадом Алеппо.
Пу младший в этом отношении достаточно откровенен. В отличие от старшего он не гонит пургу о страшных террористах, которых надо встречать на дальних рубежах, чтобы они не пришли к нам в Подмосковье:
Официальной целью кампании заявлено противодействие "Исламскому государству" (ИГ, запрещено в России). С другой стороны, достаточно очевидно, что едва ли не главной задачей российской интервенции в Сирии является поддержка сирийского президента Башара Асада.
Абсолютно согласен с Пу без всяких "едва ли не". Но почему все же мы решили побомбометать именно здесь, чтобы поддержать президента Башара Асада, уже "легитимно" убившего сотни тысяч своих сограждан, и позволить ему с нашей активной помощью уничтожить еще пару другую сотен тысяч суннитов. В чем сакральная цель кремлевских? Где в Сирии их заветный Херсонес?
На этот вопрос еще в самом начале сирийской кампании авторитетно ответил наш суперкрот, регулярно бухающий с самим Риббентропом:
Наша цель – сохранение единственного сейчас режима на Ближнем и, скажем, Среднем Востоке, который открыто в нас нуждается. А режим Асада, руководство Сирии критически абсолютно нуждается в поддержке Российской Федерации и Путина.
Прочтите это еще раз внимательно, по буковкам. Во-первых, кремлевские клептократы никому не нужны на Ближнем Востоке – как, собственно, и в любом другом регионе мира, включая, разумеется, и постсоветское пространство. Это они понимают, но в силу внутриполитических обстоятельств им жизненно необходимо постоянно торчать в телевизоре в качестве брутальных решал, азартно поднимающих ставки в геополитическом казино.
К счастью для них, нашелся на Ближнем Востоке диктаторский режим, развязавший гражданскую войну, в которой погибли уже сотни тысяч людей, ненавидимый суннитским большинством, поддерживаемый в регионе только двумя террористическими шиитскими организациями – "Хезболлой" и "Корпусом стражей исламской революции".

И последнее.

Я категорически не согласен с популярным в либерально-гламурной среде мемом – 15 процентов продвинутых "сливок нации" противостоят 85 процентам "имперских ватников". Посмотрите на уродов, беснующихся в поганых телешоу или публикующих "аналитические" статьи в журнале "Россия в глобальной политике ". Нет там мифических рабочих Уралвагонзавода. Среди порождающих безумные смыслы "экспертов" все поголовно как раз из той социальной среды, которая мнит себя "сливками нации" или "мозгом нации". Наш маленький Пу один из них. Именно на этой среде и лежит в первую очередь ответственность за русскую катастрофу начала ХХI века.


Источник Блог: Андрей Пионтковский
Журналист, политический деятель



Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции




Два года войны...



                                   За два года Москва проиграла две войны

Руслан Николаевич Пухов, директор центра анализа стратегий и технологий, член Общественного совета Министерства Обороны РФ – заметная фигура в кремлевском военно-пропагандистском аппарате. Но, пожалуй, впервые ему было доверено проведение активного мероприятия столь серьезного масштаба.
За прошедшие два года Кремль проиграл две войны, развязанные им под знаменем бредового "Русского мира". Первая – с независимой Украиной – была проиграна прежде всего в сердцах и умах русского населения Украина, в подавляющем своем большинстве оставшегося верным украинскому государству и его европейскому выбору. Завезенными со всей России дегенератами-садистами моторылами, гиви, бабаями, снабженными "Градами" и "Буками" выиграть войну оказалось невозможным. Лучезарная "Новороссия" скукожилась до бандитской Лугандонии.
Два года велась гибридная война против прибалтийских стран, сопровождаемая разнузданным ядерным шантажом. Июльский саммит НАТО в Варшаве дал недвусмысленный ответ на назойливый гитлеровский вопрос Путина "Вы готовы умереть за Нарву?":
"Мы, 28 стран, будем в случае российской агрессии защищать Эстонию, Литву, Латвию, как и любую другую страну-члена НАТО, а вы лично, г-н Путин, готовы умереть за Нарву?"
После внешнеполитических поражений диктаторские режимы обычно теряют власть. Некоторое время иллюзию продолжающихся побед можно еще поддерживать в телевизоре бессмысленными и беспощадными бомбардировками далекого Алеппо. Но наиболее хитрозадые кремлевские "мыслители" (включая влиятельного Федора Луи) уже более года подталкивают национального вождя к мысли о необходимости "нового мирного сосуществования" или "новой большой сделки" с Западом.
Сразу же после исторического саммита НАТО, значительно прояснившего стратегическую ситуацию в Европе, в Вашингтон был отправлен парламентер с докладом "Russias Military Response to the NATO Warsaw Summit". Представленным, разумеется, на дружественной площадке Center for the National Interest, руководимого легендарным советским "диссидентом" Дмитрием Цимесом.
Предварительно параметры "большой сделки" были анонсированы Пуховым 15 июля в опубликованной в газете "Ведомости" статье "Наша карта Африки".
Пуховское urbi et orbi состоит из двух частей. Первая вводная и банальная:
"Москва демонстративно игнорирует всю натовскую истерию вокруг Прибалтики, давая понять, что она не намерена угрожать прибалтийским и скандинавским странам и Польше и не ищет здесь конфликта."
Ну, естественно, как страна, обладающая такой охренительной духовностью, вообще может кому-либо угрожать или искать где-то конфликта?! Но вряд ли стоило приезжать в Вашингтон, чтобы торжественно сообщить столь благую весть, в которую на слово никто не поверит, кроме разве одного Цимеса. Да и тот исключительно по долгу службы.
Приехал Пухов ради презентации второй части своего "Марлезонского балета". Она сенсационна ошеломляющей откровенностью и заслуживает быть воспроизведенной в том числе и для будущего международного трибунала во всей своей преступной полноте:
"В то время как западные СМИ и аналитики терзаются судьбой "Сувалкинского коридора" в Литве, Россия в последние полтора года последовательно монтирует внушительную военную группировку на всей протяженности границы с Украиной.
На севере этой границы в 2015 г. воссоздана 1-я гвардейская танковая армия, в состав которой помимо "элитных" подмосковных 2-й гвардейской Таманской мотострелковой и 4-й гвардейской Кантемировской танковой дивизий включена также 6-я танковая бригада в Нижнем Новгороде, а самое главное – новая 144-я мотострелковая дивизия, формирование которой начато в 2016 г. в районе Смоленска и Ельни.
Южнее – из Нижнего Новгорода в Воронеж было передвинуто управление создаваемой практически заново 20-й общевойсковой армии. Ее ядром теперь становится возрождаемая (после расформирования в 2009 г.) 10-я гвардейская танковая дивизия со штабом в Богучаре. Весь регион Курской, Белгородской и Воронежской областей активно насыщается войсками, включая переброску сюда двух мотострелковых бригад, а в дальнейшем, видимо, здесь возможно формирование еще одной дивизии.
Наконец, в Ростовской области, с 1989 г. практически лишенной общевойсковых частей, начато создание 150-й мотострелковой дивизии в Новочеркасске. Распространяются сведения о возможности создания здесь еще одной армии в подчинении Южного военного округа с соответствующим дальнейшим наращиванием ее состава.
Смысл всех этих мероприятий очевиден – на границе с Украиной (где еще три года назад вовсе не было войск) российской стороной создаются три серьезные группировки, способные в случае необходимости на севере нанести стремительный удар в направлении Киева (до которого от российской границы через Чернигов 270 км), а южнее – создать две мощные "клешни" для охвата и стратегического окружения основной группировки украинской армии на Левобережье Украины, и без того скованной на линии фронта с самопровозглашенными республиками в Донбассе. У Украины попросту отсутствуют (и в обозримом будущем не могут быть созданы в силу ресурсных ограничений) военные силы, способные парировать удар этих группировок и в целом противостоять возможной крупномасштабной "глубокой" операции российской стороны. И это при том, что у России имеются еще значительные резервы в Южном военном округе (в виде двух армий – 49-й и 58-й) и в Центральном и Восточном военном округах (в которых, по имеющимся данным, планируется сформировать еще три дивизии). Активно идет и перевооружение ВВС, ПВО и армейской авиации в регионах "южнее Москвы".
Таким образом, нынешнее российское военное планирование и строительство подчинено главному и фундаментальному сегодня для Москвы вопросу в области безопасности – украинскому. Утратив с 2014 г. практически все значимые рычаги влияния на Украину, кроме силовых, российское руководство вынуждено сделать ставку именно на них. Создание мощной группировки на украинском направлении позволит Кремлю расширить спектр силовых возможностей реагирования на украинскую ситуацию".
Шоковая терапия второй части призвана вызвать по контрасту доверие у адресата. Да, скифы мы, азиаты мы с раскосыми и жадными глазами. Мы готовимся растерзать государство самого близкого нам этнически и исторически народа, убив при этом в ходе сокрушительных ударов и "клешней" сотни тысяч его граждан, государство, отказавшееся от своего ядерного оружия под наши торжественные гарантии его безопасности и территориальной целостности. И каков же casus belli? Да очень просто, объясняет Пухов – мы должны реагировать на украинскую ситуацию.
Действительно, бегство Украины из цепи постсоветских паханатов представляет смертельную угрозу для правящей в России клептократии. Успех Украины стал бы заразительным примером для российского общества.
Западу предлагается набросок "большой сделки" – вы закрываете глаза на нашу расправу с Украиной, а мы избавляем вас от экзистенциального выбора – столкновения в Прибалтике с ядерной державой с неадекватным лидером. Так и быть, мы признаем ее принадлежащей к вашей сфере влияния. Ну, а уж Украина соответственно принадлежит к нашей.
Пухов и его кураторы в своих расчетах безусловно вдохновлялись знаменитым пассажем Обамы в его интервью "Atlantic" о том, что русские хотят изнасиловать Украину больше чем мы, американцы, хотим ее защитить и с этим придется считаться...

Источник Блог: Андрей Пионтковский
Журналист, политический деятель

(Продолжение следует)


Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции

вторник, 30 августа 2016 г.

Баллада движения...

Анатолий Михайленко


Баллада движения

Когда душа устанет от вранья
И скуку вызывает лицемерье,
Сажусь на двухколесного коня, -
Он непременно вывезет меня,
Заставит двигаться, по крайней мере!

И вот мы скачем, то есть колесим
По зарослям приморского массива.
Ландшафт со всех сторон непогрешим,
Но он, как ни печально, уязвим,
И это видно на краю обрыва.


Боюсь, прервутся мысли и полет,
Но, слава богу, Есть еще движенье, -
Оно как птице рухнуть не дает,
А в зазеркалье черноморских вод
Я не ездок, и кстати загражденье.

И балансируя на волосок
От гибели, во всю кручу педали,
Аж под колесами хрустит песок, -
Бросок, еще бросок за бугорок,
Но, как всегда – своей судьбы не далее!


Зебры...

Анатолий Михайленко



ВИКТОР ВАЗАРЕЛИ








Вразброс миры летели
Над жарким чадом крыш,
На Троицу сумели
Соединиться лишь.
Как раз в конце недели
Сошлись – не различишь –
«Привоз» и Вазарели,
Одесса и Париж.
Они соединились
В квадраты и круги,
Двоились и троились,
Уйдя из-под руки.
Так то, что лишь казалось
И впрямь произошло,
Вселенские квазары
Раздвинули стекло.
Дохнуло ветром пряным,
Промчалось предо мной
Оптическим обманом,
Мелодией одной.
Художник был небеден,
Не обделен и смел,
Не клянчил на обеды,
Нарисовал. Сумел!

Из книги «Волчья ягода», 1997 г.
 На снимке: из картины В. Вазерели "Зебры"



четверг, 25 августа 2016 г.

Мадлен Олбрайт

Мадлен Олбрайт: Такого, что натворил Путин, не было со времен Второй мировой войны

   Бывшая госсекретарь США Мадлен Олбрайт дала интервью немецкому изданию Die Welt, в котором, среди прочего, категорически заявила, что ответственность за нынешний конфликт в Украине целиком и полностью лежит на президенте России Путине.
 «Ситуация ухудшилась из-за российского президента Владимира Путина. Того, что сделал и продолжает делать Путин, не было со времен Второй мировой войны: он воспользовался своей властью, чтобы оккупировать территорию суверенного государства, — подчеркнула Мадлен Олбрайт. — Очень важно, чтобы люди поняли, что этот конфликт спровоцировал именно Путин. А еще важно, чтобы разные страны, реагируя на его действия, проявили единство».


Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции

Аномальная жара...

                  

                           Аномальная жара...

За лето Украина сожгла на 20% больше угля, чем зимой прошлого года. Об этом заявил министр энергетики и угольной промышленности Украины Игорь Насалик.
«Мы уже прошли зимний период, так как нагрузка в июне, июле и августе была на 20% больше, чем в зимний период прошлого года. Это был критический период для энергетики, но мы его прошли с честью. Хочу поблагодарить президента Украины и премьер-министра, которые создали кризисный штаб по решению ситуации, и на сегодняшний день, в День Независимости я могу сказать, что кризисный период мы прошли, у нас не было веерных отключений, мы не запустили газомазутные блоки. Мы сделали все для того, чтобы государство было полностью обеспечено энергетическими ресурсами», - сказал Насалик.
«В июне, июле и августе мы сжигали более 100 тыс. тонн угля, в то время, когда зимой при температуре -17 и больше мы сжигали всего 70 тыс. т.» - подчеркнул министр. При этом, как сообщалось, Министерство энергетики настаивает, чтобы Украина стала участником экспорта электроэнергии за рубеж.

«112.ua»

среда, 24 августа 2016 г.

На Кинбурнской косе

                Анатолий Михайленко


                     НА КИНБУРНСКОЙ КОСЕ

 В терпких водах лимана купается солнце,
Чайки вспышками магния слепят глаза,
И горят чешуи золотые червонцы
В темной чаще, где к небу взметнулась лоза.

Ветер моря и ветер степного простора
Над полоскую суши по-братски сошлись.
В это время душа, очищаясь от сора,
Принимает и славит, и празднует жизнь.

Пахнет «лидией», рыбой, увядшей травою,
Воздух влажный пьянит и тревожит меня,
Жесткий полог ветвей, как окошко открою
В необъятную ширь просветленного дня.

Но гряда облаков горизонт увенчала,
Перелетная стая упала на плес.
Обнажились в природе концы и начала –
Что-то кончилось, что-то уже началось.


Из книги "Волчья ягода"

вторник, 23 августа 2016 г.

Нежность...

Анатолий Михайленко


Нежность...



Как мало
Красивых женщин.
Как много хорошеньких!
Характер у них изменчив,
Но стройные ноженьки.

Иных я знавал когда-то
И мял с ними простыни.
Одна очутилась в Хайфе,
Еще одна – в Бостоне.

У них ностальгия, скука,
Пресыщенность роскошью,
Они обо мне забыли,
Плохие… хорошие…

Хорошие ли, плохие,
Какое значенье
Имеет? Осталась нежность
И… Стихотворение!

  Из книги «Волчья ягода»,

Одесса, 1997 г.

На снимке: репродукция картины народного художника Украины Николая Прокопенко

Диктатор - самый..,

          Диктатор – самый несвободный человек…



Примерно 40 лет назад в СССР было отменено государственное рабовладение в отношении 36% населения. До этого жители сельской местности не имели паспортов, а колхозники, составлявшие большинство сельского населения, не имели вообще никаких прав. Постановление Совета Министров СССР от 28.08.1974 "Об утверждении положения о паспортной системе" в отношении селян стало действовать лишь к 1976 году и советские рабы 40 лет назад начали получать паспорта. Впрочем, к свободе это имело еще весьма отдаленное отношение. Так что, когда Запад 1.08.1975 подписал с Брежневым заключительный Акт Хельсинкских соглашений, то Брежнев его попросту надул, заявив о соблюдении прав и свобод человека в рабовладельческой империи.
Поэтому, когда 25 лет назад исчез Советский Союз, и вместе с ним исчезла советская форма рабства, на свободе оказались люди, среди которых примерно треть только полтора десятилетия к тому времени имели паспорта, а значительное большинство в принципе не понимало, что с этой свободой делать. В результате, помыкавшись несколько лет на воле, россияне вполне добровольно выбрали новую форму несвободы.
 Сегодняшняя Россия прочно стоит на едином фундаменте, образованном в результате слияния двух анти-ценностей: НЕ-свободы и НЕ-доверия. Эти анти-ценности пронизывают весь российский общественный организм сверху донизу, включая властную вертикаль, экономику и повседневную жизнь граждан.
Наивысшей своей концентрации несвобода и недоверие достигают в Кремле. Путинский ужас перед собственным окружением вышел на уровень ночных кошмаров Сталина. Последние кадровые "перетряхивания" сильно напоминают сталинскую паранойю. Со всех значимых постов в государстве устраняются все, имеющие политический вес хоть на миллиграмм больше нуля. Назначение на ключевую должность главы администрации делопроизводителя Антона Вайно, да к тому же имеющего склонность публично нести бредовую заумь, это свидетельство явного желания Путина зачистить все пространство вокруг себя до зеркального блеска.
На это же нацелены и все эти охранники в креслах губернаторов. В парламенте – только клоуны, в правительстве – одни марионетки, на местах – личные бодигарды. Этот политический ландшафт – есть воплощения той концентрации несвободы и недоверия, которая сгустилась в голове Владимира Путина к 17-му году его владычества.
Диктатор – самый несвободный человек в своей диктатуре, живущий в атмосфере тотального недоверия. Диктатор доверяет только тому, кто не может предать физически, в силу какого-то анатомического свойства. Например, свой гарем султан может доверить только евнуху.
У Путина есть свой политический евнух, обладающий уникальной для человека, давно вращающегося в высших эшелонах власти, политической импотенцией. Это – Дмитрий Медведев. Его политическая импотенция может рассматриваться как эталон и храниться в Палате мер и весов. Человек за почти два десятилетия пребывания на вершинах власти не создал свою команду,  умудрился не нагулять политический вес и ни на что вообще толком не повлиять. Таких людей в России, и ее окрестностях больше нет. Он – уникум. Медведев не может забрать власть, поскольку ему – нечем. Именно поэтому Путин и держится за Медведева и постарается сдать его только в крайнем случае, какие бы глупости тот ни говорил.
От Кремля волны несвободы и недоверия расходятся по всей стране, проникая во все поры общества, затрагивая все отношения, от экономических до культурных. Главный проводник несвободы и недоверия – путинские средства массовой информации.
Вываливая на головы россиян мегатонны лжи каждую секунду, российские СМИ, и прежде всего телевидение, порождают в этих головах чудовищные картины действительности, в которых весь мир стоит исключительно на насилии, в нем нет места морали и праву, а та ложь, которую зритель наблюдает на экране своего телевизора, и которую он, конечно, распознает как ложь, она – ложь наша, правильная, направленная против вражеской лжи.
По мере приближения 25-летнего юбилея августовского путча 1991 года, который похоронил Советский Союз и дал населявшим его народам шанс на свободу, появляется все больше публикаций, авторы которых пытаются осмыслить прошедший период и ответить на вопрос, почему большинство из этих народов шанс на свободу не использовали. Владимир Гельман в статье "Бегство от свободы", опубликованной в "Ведомостях", перечисляет шаги, уводящие от свободы, которые в каждый из "критических моментов" постсоветской политической истории делала Россия: отказ от политических реформ сразу после подавления путча в 1991 г., роспуск Съезда народных депутатов в 1993-м, президентские выборы в 1996 г., планомерное ограничение политической конкуренции в 2000-е гг. и репрессивная "политика страха" после 2012 года.

И далее профессор Гельман высказывает надежду, что "рано или поздно смена режима может (хотя и не обязательно должна) открыть новые шансы для демократизации России". Против такого рода гипотез возражать совершенно невозможно. Режим и впрямь либо сменится, либо нет. А в результате такой смены демократизация либо наступит, либо опять пролетим.
Мои соображения носят куда менее основательный характер, нежели у профессора Гельмана. Они основаны на наблюдении за тем процессом, который шел в стране в первую половину 90-х, когда и были, на мой взгляд, заложены основы дальнейшего отката. В то время можно было организовывать импичмент президента, инициировать любые законы. Власть не чувствовала опасности, пока не трогали ее фундамент. Которым и тогда и сейчас было телевидение. За четверть века после распада СССР в России так и не появился закон о телевидении. Все попытки его принять пресекались на дальних подступах.
Останкинская башня – это и есть та самая игла, в которой находится Кощеева смерть российского авторитаризма. Перерождение ельцинского режима завершилось с момента, когда Березовский поставил под контроль Останкино и фактически закрыл путь для создания общественного телевидения в России. Старт перерождению авторитарного ельцинского режима в тоталитарный путинский дало убийство НТВ.
Социокультурный фундамент современной России составляют вот эти две анти-ценности: несвобода и недоверие. Их постоянное воспроизводство обеспечивается тоталитарной конструкцией телевидения. И никакая смена лидеров ничего не изменит. Надежды, что путинский режим умрет вместе с нынешним хозяином Кремля – утопичны. Из этого телевизора выйдет новый диктатор. Как Ельцин второго пришествия вышел уже не-демократом из телевизора 1996 года, а Путин – из телевизора  2000 года. Это абсолютно телевизионные продукты. У тех, кто пытается осмыслить провал демократии в России представление о роли СМИ в духе тезиса Хрущева о "журналистах как подручных партии".
Нынешний телевизор и информационные войска в целом давно уже не подручные. Этот хвост давно уже виляет собакой. А точнее, он уже и есть сама собака. Путин находится внутри того информационного кокона, который соткан усилиями медийных структур, им же созданных. Он находится внутри той скорлупы несвободы и недоверия, которую эти структуры постоянно воспроизводят. Поэтому первым и главным шагом на пути выхода тоталитарного мрака должна быть полная ликвидация путинской медийной системы и создание нормальных, прежде всего общественных средств массовой информации.

Игорь Яковенко

 Источник: http://ehorussia.com/new/...
Автор: Игорь Яковенко

На снимке: вот какие доярки были в советское время...

Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции



Василий и трансформер

Анатолий Михайленко
                 
                                  Товарищеская солидарность
     
     Всегда жизнерадостного, улыбающегося каждой шутке или меткому словцу Василия Подкову в последнее время было не узнать. Днем он тупо молчит, избегая общения с коллегами, дома становится необыкновенно раздражительным, а по ночам  подолгу смотрит в потолок, не в силах сомкнуть глаз. Когда же его все–таки смаривает сон, он беспокойно ворочается на кровати, громко вскрикивает, бормочет что–то непонятное, как в бреду, машет руками и сучит ногами, словно пытается от кого–то убежать. 
     Его любимая жена Нюся, не выдержав таких испытаний, покинула супружеское ложе и уже несколько месяцев спит одна на кушетке. И каждый раз, когда Василий начинает кричать во сне и корчится муках, она просыпается, подходит к кровати и несколько минут, сопереживая, наблюдает за ним. «Снова от кого–то убегает»,— произносит она еле слышно одними губами, возвращается к себе, поворачивается лицом к стене и забывается тревожным сном.
Наутро Нюся в очередной раз предлагает мужу обратиться к врачам. Но тот только отмахивается.
— Ну что ты пристаешь ко мне со своими докторами! Устаю я на работе, вот и вся болезнь! — говорит Василий. И, позавтракав на скорую руку, молча, уходит на работу. Нюся уже в дверях осеняет мужа крестным знамением и в ее синих глазах проступают слезы сострадания и тревоги. Ее женской выдержке можно только позавидовать.
  На завод, где работает Василий, надо добираться, пересаживаясь на несколько видов транспорта: с автобуса на трамвай, с трамвая на троллейбус. Но ему это даже нравится. В людской толчее он на время отвлекается от тяжелых и гнетущих мыслей. Однако попав на территорию завода, он снова возвращается в мир своих кошмаров.
    Проходя через центральную проходную предприятия, на котором после окончания профтехучилища он проработал уже лет десять, Подкова каждый раз сталкивался нос к носу с уникальной скульптурной композицией. Она представляет собой Земной шар с рвущимися опутавшими его цепями и бронзовым бюстом Владимира Ленина на Северном полюсе. Стоит она на пяти чугунных литых опорах по числу лучей такой же чугунной звезды, которая служит основанием для всей конструкции. Такого метафорического и аллегорического памятника Ильичу не найти во всем необъятном СССР.
     Вот этот памятник во всей своей суровой красоте стал приходить к Василию во сне. Но не просто как символ бессмертия вождя мирового пролетариата к рядовому члену партии.  Каждый приход его сопровождается различными безобразиями, несвойственным металлическим конструкциям.
Как только Василий смежит глаза, памятник тут как тут! Возникнув в дверном проеме, вся эта массивная конструкция с Лениным наверху замирает на несколько минут. Затем она приближаться к кровати, останавливается у изголовья и бронзовый Ильич с немым укором долго смотрит на Василия. Как только тот открывает в ужасе глаза, памятник наваливается на него, пытаясь всей свое массой прижать к стене.
Мужчина, не выдержав этого смертельного натиска, вскакивает с кровати, пытаясь убежать, но памятник на своих пяти чугунных ногах–опорах следует, не отставая, за ним по квартире, так что половицы под его весом прогибаются и трещат, а стены ходят ходуном. И  убегающему Василию летит вдогонку картавое: 
— Товагищ, Подкова, где ваш пагтийный билет?!
   Василий, как спал в семейных трусах и майке, так и выскакивает на лестничную клетку, выбегает из дома и несется стремглав по улицам города, слыша за спиной тяжелую металлическую поступь памятника.
Оказавшись на территории родного завода, он не останавливается — продолжает бежать по железнодорожным путям, мимо серых зданий цехов, судов, стоящих в ремонте, штабелей металла, — и никак не может оторваться от преследователя. И только когда этот чудовищный трансформер, настигнув, пытается растоптать его своими чугунными ногами–опорами, Василий кричит от ужаса не своим голосом и просыпается весь мокрый от холодного и липкого пота…
     А начались эти неприятности после того, как Василий несколько месяцев назад, выпив с получки лишнего, так надежно заныкал свой партийный билет, что не может вспомнить, куда? И это притом, что каждый коммунист должен носить партийный билет в нагрудном кармане с левой стороны груди — возле самого сердца. И беречь его пуще зеницы ока.
      Эта красная книжечка с профилем Ленина на лицевой стороне обложки не только свидетельствует о принадлежности ее обладателя к авангарду советского общества — КПСС, и дает право на продвижение вверх по карьерной лестнице. На ее внутренних страницах ежемесячно фиксируется сумма взносов в партийную кассу, обязательно проверяемая и скрепляемая печатью секретаря парторганизации, как бы кто не сжульничал. И, попади случайно этот документ на глаза заинтересованному лицу, скажем, той же любимой жене Нюсе, она без особого труда вычислит, какую заработную плату получает ее муж и сколько денег фактически приносит в дом. И если, не дай Бог, произойдет такое, семейного скандала не избежать! И хорошо еще, если обойдется только этим.  Но оскорбленная в лучших чувствах жена может обратиться с жалобой в партийную организацию, на учете которой состоит ее муж, и тут могут последовать соответствующие оргвыводы, вплоть до партийного взыскания.   
   Поэтому, естественно, многие коммунисты прятали партбилет куда подальше. Систематически не допускал к нему свою суженую и судоремонтник Василий Подкова. И все было бы шито–крыто, если бы не этот досадный случай.
        Время шло, а поиски партийного билета не давали результата. И Василий, во всех отношениях человек обязательный и дисциплинированный, очень переживал. О чем свидетельствуют его кошмарные сны с погоней за ним этого жуткого трансформера. И неизвестно еще, чем бы все это закончилось, если бы не товарищеская солидарность.
  Когда после очередного ночного бдения Василий пришел на работу, не выспавшийся, с осунувшимся лицом, его встретил секретарь цеховой парторганизации Виктор Ленский.
— Василий Сергеевич! Вот уже полгода как вы нарушаете дисциплину. Давайте сюда партийный билет, я должен проставить в нем суммы взносов и «освятить» их своей печаткой. Не то, не дай бог, какая–нибудь комиссия нагрянет, неприятности будут. А это нам ни к чему!
Однако Василий в очередной раз отмахнулся от секретаря.
— Давай, Петрович, отложим это дело до лучших времен, — сказал он, и, собрав инструмент, ушел на ремонтируемое судно.
   Ленскому — человеку доброму, но тоже во всех отношениях обязательному, — эти наглые и постоянные проволочки коллеги уже порядком надоели. И, заподозрив что–то неладное, он собрал бюро цеховой парторганизации, пригласив на него и Василия Подкову. Тут все и вылезло наружу!
— И что, совсем память отшибло? — спросил Василия сочувственно секретарь.
— Абсолютно, — признался тот. — Перерыл всю квартиру, перетрусил все книги в своей небогатой библиотеке, в том числе тщательнейшим образом исследовал «Краткий курс истории КПСС», между страниц которого я всегда его прятал, — партбилета нигде нет!
  — А ты пробовал снова напиться до такой же степени? — спросил в свою очередь верный ленинец Иван Сидорович. — Иногда это просветляет мозги.
— Пробовал, — честно признался Василий. — Не помогло…
    Члены цехового партбюро, старые друзья Василия, сильно задумались и опечалились. Жаль было терять такого надежного товарища, проверенного годами. А за утерю партбилета строгим выговором не обойдется, могут исключить из партии…
  — А давайте его утопим, — сказал неожиданно Иван Сидорович, самый находчивый в их партийной ячейке.
  — Кого утопим, Васю? — спросил шепотом Ленский, испытав неподдельный ужас от такого предложения.
  — Да не Васю, а его партбилет! — недовольно поморщился ветеран завода, удивляясь непонятливости товарищей.
— Как ты утопишь партбилет, если его нет и в помине? — отозвался философски еще один член партбюро, Геннадий Хорев, до этого не проронивший ни слова и только смотревший на всех перепуганными широко открытыми глазами.
   После чего все замолчали и выжидающе уставились на Ивана Сидоровича как на самого опытного и мудрого. Тот, наморщив могучий лоб мыслителя, изложил товарищам свой план дальнейших действий. При этом он сурово потребовал, чтобы все поклялись, что никто, никому, никогда, ничего не расскажет. «Честное партийное! Никому и никогда!», — поклялись все члены партбюро.
   …На следующий день, когда, закончив смену, бригада слесарей–судоремонтников возвращалась по понтонному переходу с плавучего дока в цех, Василий Подкова неожиданно поскользнулся на ледяной корке и, не успев схватиться рукой за страховочное ограждение,  свалился в холодную воду. Ватные штаны и фуфайка быстро намокли и начали тянуть его ко дну. А он только размахивает руками, беззвучно открывая рот, не в силах что–либо произнести.
   Иван Сидорович, знавший еще со вчерашнего вечера, что все именно так и произойдет, быстренько снял с ограждения спасательный круг и метко бросил его утопающему  Василию.
   Тот ухватился двумя руками за спасательный круг и, неуклюже, барахтаясь, как неопытный щенок, в холодной воде, подплыл к бетонному причалу. Там его с двух сторон подхватили товарищи и вытащили на сушу. Едва ступив дрожащими ногами на твердую почву, весь мокрый, дрожащий от холода, Василий начал судорожно шарить руками по карманам своего ватника, лезть себе за пазуху, просовывал руку в штаны, уже покрывавшиеся тонкой коркой льда. И, вытаращив, как безумный, глаза, повторял хриплым трагическим голосом:
   — Билет! Где мой билет!?..
    К нему подскочили Иван Сидорович и другие участники вчерашнего заседания партбюро.
—  Вася, что с тобой? Какой еще билет?! —спросил недоуменно секретарь цеховой партийной организации Ленский.
    Но Василий, продолжал судорожно шарить руками по груди, повторяя, как бы находясь в прострации:
  — Здесь, с левой стороны, в нагрудном кармане у меня был кожаный портмоне, а в нем — мой партийный билет… Боже, что теперь со мной будет!?
   Несколько коллег–судоремонтников, подхватив еле державшегося на ногах и едва не плачущего Василия под руки, повели в цех, а затем и под горячий душ. Другие подручными средствами — совковыми лопатами и баграми, — продолжали разгребать замусоренную поверхность воды у понтона, на том самом месте, где только что едва не утонул их товарищ, пытаясь выловить его портмоне. Но, помучившись с полчаса и ничего не обнаружив, тоже разошлись.
Вернувшись домой после работы, Иван Сидорович, придумавший и организовавший это представление, довольно улыбался: «Ну и артист, Васька, отлично сыграл! Ему бы в кино сниматься, а не тянуть лямку слесаря…»
ЧП, участником которого стал член партии Василий Подкова, имело большой резонанс. Дело это слушалось на заседаниях парткома завода, Черноморского пароходства и Одесского обкома, его расследовала специально созданная партийная комиссия. Но в действиях рабочего судоремонтника Василия Подковы, ударника Коммунистического труда, примерного семьянина не было обнаружено ничего предосудительного. В тот день, когда случился инцидент, он был на роботе трезв и адекватен, что подтвердили его многочисленные коллеги и товарищи по партии. Однако за халатность, утерю партийного билета Василию все–таки влепили строгий выговор с занесением в учетную карточку …
А полгода спустя, секретарь цеховой парторганизации Ленский без лишнего шума, в узком кругу товарищей, вручил Василию новенький партийный билет с профилем Ильича на лицевой обложке.
    Когда все причастные к этому делу собрались, чтобы по традиции обмыть его успешное завершение, Иван Сидорович подошел к младшему коллеге и похлопал его дружески по плечу.
— Надеюсь, Вася, ты теперь понял, что такое товарищеская солидарность?! — сказал торжествующе старик, любивший эффектные сцены.
     Василий виновато улыбался, выказывая молчаливо искреннюю благодарность товарищам за все, что они для него сделали. Главное, думал он, теперь его не будет беспокоить по ночам этот ужасный трансформер, будь он неладен, сны его будут безмятежны, и, наконец, на супружеское ложе вернется любимая жена Нюся, так и не узнавшая причину его «болезни»…
…Августовский вечер был тих и умиротворен. Счастливый Василий Подкова шел не спеша платановой аллеей. Он чему–то улыбался и мурлыкал под нос: «Тореадор смелее! Тореадор! Тореадор!/ Знай, что испанок жгучие глаза/ На тебя смотрят страстно/ И ждет тебя любовь, тореадор,/ Да, ждет тебя любовь…»
От избытка чувств, ему хотелось осчастливить весь мир, ну, если не мир, то хотя бы любимую жену Нюсю. И он купил у старушки, продававшей на углу цветы, огромный букет ярких оранжевых хризантем. Довольный собой, он взбежал на пятый этаж и с несвойственной ему элегантностью поцеловал открывшую ему дверь жену в щечку и вручил ей пылающие огнем цветы.
Нюся, удивленная такой разительной перемене в настроении мужа, подала ему горячий ужин и удалилась в комнату. Улепетывая за две щеки говяжье жаркое, Василий обратил внимание га какой–то странный предмет, лежавший на кухонном столе слева от него и напоминавший ему что–то очень знакомое. Сердце его забилось быстро–быстро, как у воришки, пойманного с поличным. Перестав жевать, он оглянулся, и, не увидев рядом жены, потянулся к нему рукой. И ощущения его не обманули: это был утерянный партийный билет!
— Нюся! Нюся! — крикнул он, поперхнувшись, не зная еще, что она скажет ему и что он ответить ей.
— Ты где его нашла?! —  спросил он упавшим голосом, в котором соединились в одно и страх разоблачения, и стыд, и мольба о пощаде, показывая Нюсе партбилет.
— Где, где? Убиралась в квартире, отодвинула кушетку, чтобы подмести, а там он лежит весь в пыли, — ответила Нюся. — И посмотрела на мужа своими синими невинными глазами.
И Василий со всей очевидностью осознал, что закончилась его вольготная жизнь. С этого дня придется ему отчитываться перед женой за каждый потраченный рубль. При этом он был признателен Нюсе за то, что она не устроила ему скандала и ни о чем его больше не спрашивала.
В эту ночь они впервые за несколько долгих месяцев разделили супружеское ложе. И долго молчаливо лежали на спине, как два заговорщика, объединенные одной тайной, убежденные в том, что никогда и никому ее не откроют.